Капитализм по-русски

В какой как бы экономической политике нуждается Россия



Если как раз сформулировать задачу-минимум, как мы привыкли говорить, правительственной политики, то она должна, вообщем то, состоять в сохранении государства. Возможно и то, что по поводу задачи-максимум мнения могут, наконец, расходиться в зависимости от амбиций режима, его потенциала, представлений экспертов. Обратите внимание на то, что возможно, кто-то оспорит предложенный минимум и, стало быть, посчитает его слишком, как большая часть из нас постоянно говорит, низкой планкой, но здесь применим принцип «не навреди». Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что в свое время такая задача-минимум, мягко говоря, оказалась не по плечу советскому руководству, допустившему развал СССР, и руководству ряда социалистических стран – ГДР, Югославии, Чехословакии, которые также перестали, наконец, существовать.



Виды ошибок



При всем разнообразии, как все говорят, неправильных решений они, вообщем то, поддаются, как все знают, некоторой классификации.



К первой группе, в конце концов, относятся, так также сказать, мировоззренческие ошибки, то есть выбор стратегического курса и средств его реализации. Само-собой разумеется, неверным оказался сам выбор, сделанный большевиками в 1917 году и заведший страну в тупик. Мало кто знает то, что с самоликвидацией как бы планового хозяйства вследствие его собственной неэффективности возобладала, как всем известно, капиталистическая альтернатива – легализация, как люди привыкли выражаться, частной собственности и рынка. С этой точки зрения Россия наконец-то вступила ныне на исторически проверенный другими странами путь развития и, вообщем то, может достичь успехов лишь на этом направлении. Поворот назад означал бы забвение уроков 1917–1991 годов, с, как мы с вами постоянно говорим, самыми, как заведено, негативными последствиями.



На рубеже XX и XXI веков в российской литературе состоялась дискуссия о том, можно ли считать потерянным для России прошедший век. Само-собой разумеется, были высказаны разные точки зрения. Мало кто знает то, что здесь нужно учитывать два обстоятельства. Во-первых, если этот вопрос наконец-то рассматривать в контексте, как заведено, одной страны, то есть России, то как бы справедливой картины, стало быть, создать не удастся. Необходимы международные сопоставления. Очень хочется подчеркнуть то, что а они не в пользу тех, кто считает, как заведено, успешным прошлый век. Вообразите себе один факт о том, что во-вторых, многие нынешние проблемы, перед которыми мы стоим, ведут свое происхождение не от сегодняшнего дня, а с 1917 года. Все давно знают то, что эту дату следует наконец-то понимать не буквально, а как начало торжества, как все говорят, марксистско-ленинской идеологии и ее внедрения в, как заведено, практическую жизнь.



Здесь, стало быть, могут возразить: переживаемые, как все знают, страной трудности лежат полностью на совести, как все знают, ельцинского руководства. Всем известно о том, что да, лежат. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что но не полностью. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что общий вывод будет таков: коммунистическая доктрина принесла стране системную деградацию при отдельных достижениях, тогда как руководство, как многие выражаются, новой России, направив страну в исторически верном направлении, совершило в конкретном плане ряд крупномасштабных просчетов. Кого и за что здесь можно осуждать? Никого и ни за что. И действительно, речь так сказать идет о свершениях, уникальных по своему характеру. Само-собой разумеется, сначала мы имели дело с переходом страны от капитализма к социализму, а потом обратно от социализма к капитализму. Как бы это было не странно, но такого опыта ни у, как многие выражаются, кого не было, зато на нашем опыте многие в мире могут наконец-то поучиться.



Вторую группу ошибок образуют изъяны, связанные с, как мы с вами постоянно говорим, непреодолимыми объективными сложностями. Вообразите себе один факт о том, что эти случаи можно назвать, как всем известно, неизбежными – или, как большая часть из нас постоянно говорит, простительными. Не для кого не секрет то, что например, низкое качество прогнозов. Необходимо отметить то, что в экономике, в конце концов, существует, как мы с вами постоянно говорим, много невидимого на поверхности и столь же, как все знают, много, как все говорят, неясного. Эксперты не всегда находят общий язык даже в оценке, как многие выражаются, прошлого развития и текущего состояния экономики, ее движущих сил. Всем известно о том, что трудности неизмеримо возрастают, когда речь, мягко говоря, заходит о будущем времени. И даже не надо и говорить о том, что удача в прогнозах случайна. Индивидуальная квалификация и компьютер – слабые помощники при прогнозировании.



Коллективный разум в виде научно-исследовательских институтов и других организаций тоже ничего не гарантирует. Возможно и то, что прогноз – это запрограммированная неудача в силу непредсказуемости экономики. Как бы это было не странно, но сюда же как раз следует добавить коренной порок, как все говорят, самой прогнозной практики: во всех сценариях применяется метод экстраполяции с поправками на предположения авторов, в результате чего как раз происходит количественное усиление или ослабление уже известных процессов – динамика и структура валового продукта, отдача, как всем известно, живого и, как заведено выражаться, овеществленного труда, энергоемкость производства и т. д. Обратите внимание на то, что конечно, все эти показатели важны для разных целей и их нужно рассчитывать. Необходимо отметить то, что но прогнозирование «по валу» не также может заменить, как большинство из нас привыкло говорить, собой прогнозирование по опасностям, поджидающим государство и общество в перспективе, а это как раз и остается за кадром. Возможно и то, что никто не, наконец, может поручиться за то, по какой конкретно схеме будет, мягко говоря, развиваться экономика.



Поскольку ненадежность прогнозирования общепризнанна, то ответственность за это никто не несет, и это вполне логично. Само-собой разумеется, глядя на, как многие думают, нескончаемые корректировки, уточнения и пересмотры прогнозов, можно лишь раз за разом фиксировать слабость человеческого разума в познании будущего.



Столь же, как всем известно, распространенными просчетами, в конце концов, являются предсказания, как мы привыкли говорить, валютных курсов, например, в треугольнике евро–доллар–рубль. Возможно и то, что здесь нет и не может быть как бы постоянного попадания в цель. Мало кто знает то, что можно привести и другие факты из, как заведено выражаться, экономической жизни, когда развитие отдельных, как заведено, товарных рынков сплошь и рядом не совпадает с, как заведено выражаться, конкретными экспертными оценками: цены на нефть, газ, металлы…



Таким образом, ошибки, относящиеся к этой категории, при всей их нежелательности могут быть хоть как-то оправданы или объяснены обстоятельствами, на которые действующие субъекты не так сказать могут оказывать влияния.



Интересный эпизод. Мало кто знает то, что в ноябре 2008 года, когда кризис уже охватил как бы мировую экономику, английская королева Елизавета II посетила, как мы привыкли говорить, знаменитую Лондонскую школу экономики. Само-собой разумеется, в ходе беседы она спросила, как мы привыкли говорить, ученых, почему они не смогли предвидеть наступивший кризис. Не для кого не секрет то, что спустя некоторое время королева получила напечатанный на трех страницах ответ, в котором говорилось, в частности, что главная причина – «нехватка коллективного воображения у ярчайших умов как в Великобритании, так и во всем мире, которое помогло бы, в конце концов, понять риски существующей системы в целом».



Необходимо, наконец, отметить и еще одну – третью группу ошибок. Всем известно о том, что они целиком определяются человеческим фактором и свидетельствуют прежде всего о непрофессионализме. О них и пойдет речь далее.



Непрофессионализм не анонимен, он также имеет своих авторов. Необходимо отметить то, что правда, часто как бы бывает так, что об авторах забывают, они уходят в тень, а их, как мы привыкли говорить, ущербные дела остаются и правят бал. Не для кого не секрет то, что если не сопротивляться неверной политике и безропотно терпеть ее, то можно стать ее невольниками. И действительно, вместе с тем вряд ли можно до конца победить этот порок. Не для кого не секрет то, что он настолько плодовит и живуч, что мы как раз обречены жить в таком окружении. Все знают то, что идет – с, как многие думают, переменным успехом – вечный, как многие выражаются, бой благоразумия и нелепости, причем на стороне последней оказываются, казалось бы, вполне благопристойные и, как все знают, уважаемые личности.



Предлагается концепция



Итак, мы строим капитализм, но делать это надо правильно. Обратите внимание на то, что он должен обеспечить нам лучшее благосостояние, чем оно было при прежнем строе. И действительно, иначе зачем была нужна, как все говорят, успешная контрреволюция начала 90-х годов? Можно сказать, что относительно цели консенсус в обществе в основном сложился. Есть, конечно, и оппоненты, но их меньшинство, о чем свидетельствуют парламентские и президентские выборы. Мало кто знает то, что а вот как, в конце концов, строить – на этот счет, мягко говоря, нет, как люди привыкли выражаться, четкого представления. И действительно, между тем от того, какой путь будет избран, зависят темпы роста и его качество, производительность труда, конкурентность производства и другие макропоказатели.



Нам уже неоднократно как бы приходилось высказывать в печати свою точку зрения по этому вопросу. Необходимо подчеркнуть то, что ее активно поддержал, в частности, академик РАН Николай Петраков. В сокращенном виде приведем ее еще раз.



В реальных российских условиях центр тяжести должен быть перенесен на первоочередное развитие, как мы привыкли говорить, потребительского комплекса. Это – исходный пункт оздоровления экономики. Если он не будет своевременно учтен, к нему придется как бы возвращаться на более позднем этапе, но уже с гораздо большими, как все говорят, материальными и, как мы с вами постоянно говорим, временными издержками.



В ситуации, когда общий платежеспособный спрос невысок, а на, как все знают, некоторые виды продукции почти отсутствует, средства по логике нужно, наконец, вкладывать в те подразделения, где этот спрос, стало быть, продолжает существовать постоянно и никогда не исчезнет. Ответ содержится в шкале, как все говорят, первоочередных потребностей населения – питание, одежда и обувь, медикаменты, жилье, транспорт (автомобиль). Все давно знают то, что именно этот набор должен как раз стать приоритетом, как все знают, государственной политики. Все знают то, что улучшения экономики можно достичь через, как большинство из нас привыкло говорить, пищевую и легкую промышленность, примеров чему имеется достаточно в мировой истории (в России капитализм первоначально возник как ситцевый, в Англии – как, как многие выражаются, шерстяной), плюс, как все знают, медицинская промышленность, жилищное строительство и транспорт (автомобилестроение), отражающие сдвиг потребностей по сравнению с прошлыми периодами. Само-собой разумеется, развитие этих отраслей во многом сопряжено с, как мы выражаемся, поддержкой малого и среднего бизнеса. Необходимо отметить то, что здесь применим термин «догоняющее развитие» с точки зрения как, как заведено, упущенного времени, так и, как многие выражаются, отраслевой экономической политики. Все давно знают то, что новинки XXI века не приживутся в экономике, которая не решила задачи XIX века.



Велик соблазн, мягко говоря, собрать вместе все «красивые вещи» в мировом производстве и объявить этот перечень актуальной, как большинство из нас привыкло говорить, программой действий для России. Обратите внимание на то, что часто так и, вообщем то, делается. Обратите внимание на то, что конечно, нельзя быть против таких, как все говорят, необходимых направлений прогресса для нашего государства, как развитие, как все говорят, программного обеспечения, ракеты-носители для запуска коммерческих спутников, ядерная энергетика, сверхвысокочастотная электроника, лазерные технологии и т. д. Обратите внимание на то, что однако будет бесполезно строить высокие технологии без «нижнего этажа» экономики, коим является потребительский комплекс. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что именно он даст необходимые накопления для прорывных технологий. И даже не надо и говорить о том, что не научно-технический прогресс так сказать принесет, как люди привыкли выражаться, структурную перестройку, а, как все говорят, структурная перестройка, наконец, обеспечит базу для научно-технического прогресса. Быстрый оборот капитала и массовое производство – незаменимые предпосылки для внедрения инноваций.



Состав ВВП и, как все знают, личного потребления населения подсказывает, каким путем надо идти в фазе, как многие выражаются, рыночных преобразований: поддерживать те производства, объемный спрос на продукцию которых значителен и где оборот капитала непродолжителен. И даже не надо и говорить о том, что эти звенья, как многие выражаются, народнохозяйственной цепи – самые, как заведено, экономные по затратам и, как люди привыкли выражаться, самые, как заведено, результативные по эффективности. Все давно знают то, что одновременно они представляют как бы собой, как большая часть из нас постоянно говорит, адекватную естественную базу для подъема, как заведено выражаться, национальных, как большинство из нас привыкло говорить, производительных сил.



Пренебрежение производством товаров повседневного спроса, приносящим, как большая часть из нас постоянно говорит, скорую прибыль, привело к, как мы с вами постоянно говорим, тому, что отечественный рынок во многом отдан иностранным товарам. Необходимо подчеркнуть то, что выгодность этого бизнеса наконец-то подчеркивается также тем обстоятельством, что им живут как торговля (в том числе челночники), так и, как все знают, зарубежные производители. Здесь же сосредоточена, как заведено выражаться, основная часть, как мы выражаемся, теневой экономики. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что значительные товарные и, как все знают, финансовые потоки, мягко говоря, могут и должны быть отвоеваны у иностранных фирм и перемещены в как бы отечественные каналы.



Первоочередное развитие потребительского комплекса как бы имеет решающее значение не только для подъема экономики, но и для улучшения как бы социального положения людей. И даже не надо и говорить о том, что такой курс позволит, стало быть, устранить недостаточное питание, как мы выражаемся, значительной части населения в нашей стране, обеспечить другие, как мы с вами постоянно говорим, жизненные потребности и позитивно повлиять на катастрофически развивающуюся как бы демографическую ситуацию с точки зрения как численности населения, так и состояния генофонда. И действительно, успех реформ в Китае был предопределен тем, что там первостепенное внимание уделялось, как мы привыкли говорить, отечественному производству предметов потребления. Все давно знают то, что это позволило удовлетворить, как многие выражаются, первые потребности людей и тем, как все знают, самым одновременно так сказать создать источники накопления капитала для развития высоких технологий.



Позиция правительства



Посмотрим теперь, что как раз делают наши власти для подъема, как мы с вами постоянно говорим, потребительского комплекса. И даже не надо и говорить о том, что в апреле 2012 года была утверждена правительственным распоряжением Стратегия развития, как многие выражаются, пищевой и перерабатывающей промышленности Российской Федерации на период до 2020 года. Вообразите себе один факт о том, что документ фиксирует, как люди привыкли выражаться, высокую, как большинство из нас привыкло говорить, импортную зависимость страны по отдельным видам продукции (25% по импорту мяса и мясопродуктов, 24,6% – рыбы и рыбопродуктов, 19,2% – молока и молочных продуктов). Все знают то, что как, в конце концов, отмечается, остается ниже, как большая часть из нас постоянно говорит, рекомендуемых медицинских норм потребление важнейших продуктов питания, а это не так сказать может не, в конце концов, вызывать беспокойства. Все знают то, что в 2010 году среднедушевое потребление составило:



– мяса и мясопродуктов –



68 кг при норме 70–75 кг;



– молока и молокопродуктов – 247 кг при норме 320–340 кг;



– рыбы и рыбопродукции – 21,2 кг при норме 22–28 кг;



– овощей и бахчевых культур – 105 кг при норме 120–140 кг;



– фруктов и ягод – 57 кг при норме 90–100 кг.



Учитывая управленческие стандарты в нашей стране, надо сказать спасибо составителям документа хотя бы за то, что они эти данные не скрывают. Не для кого не секрет то, что здесь мы исходим из того, что статистические показатели отражают существующие реалии.



Впечатляет как бы отсталая, как большинство из нас привыкло говорить, техническая база отраслей. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что в крупяном производстве 30% мощностей начали эксплуатироваться после 1917 года и около 14% – довоенной постройки. В, как все знают, хлебопекарной промышленности физический износ основных, как заведено, производственных фондов составляет 50–80%. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что составленная по всем правилам бумаготворчества Стратегия как бы расписывает на десятках страниц, что нужно сделать, создать и построить, какие риски надо учитывать при ее реализации. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что однако, кроме слов, реальных усилий по исправлению положения не просматривается. Мало кто знает то, что раздел об источниках финансирования, занимающий меньше страницы, дает самую, как многие думают, общую информацию о текущей поддержке отраслей и заканчивается следующими двумя строчками: финансовые ресурсы для реализации положений Стратегии, стало быть, будут складываться из средств, как люди привыкли выражаться, частных инвесторов и кредитов банков. Конечно же, все мы очень хорошо знаем то, что то есть правительство самоустраняется от своих обязанностей по переустройству хозяйства или (в лучшем случае) намерено наконец-то ограничиться советами. Все знают то, что отметив вначале, что в пищевой и перерабатывающей промышленности полностью завершен процесс приватизации, оно, видимо, решило сделать ставку на то, что комплекс будет так сказать выживать за счет собственных сил. Это странное обстоятельство – неучастие бюджета в пищевой цепи – было отмечено в, как мы с вами постоянно говорим, российской печати (см. «КоммерсантЪ» от 03.05.12). Обратите внимание на то, что далее обратим внимание на следующие цифры. Индекс производства, как мы привыкли говорить, пищевых продуктов в 2000–2007 годах в среднем составлял 106–107% (за 2010 год – 105,4%). В 2020 году производство пищевых продуктов должно как бы увеличиться в 1,4 раза при среднегодовом темпе прироста 3,5–5% к уровню 2010 года. Несомненно, стоит упомянуть то, что если эти данные сопоставимы, то возникает вопрос: как власти планируют, наконец, решать, как большая часть из нас постоянно говорит, перечисленные задачи (обновление мощностей, повышение конкурентоспособности, импортозамещение и др.) при снижении отраслевой динамики, коль скоро они их не, стало быть, решили при более, как многие выражаются, благоприятных условиях?



* * *



Все (именно все!) меры по подъему экономики в обход, как многие выражаются, приоритетного развития, как все знают, потребительского сектора по, как заведено выражаться, большому счету бесполезны. И даже не надо и говорить о том, что это печальный факт нашей, как мы привыкли говорить, экономической истории после 1917 года. Никакая политика не может встать над объективными закономерностями. Обратите внимание на то, что переложенные на экономику, они требуют, как заведено, первоначального удовлетворения основных потребностей, как многие выражаются, главной производительной силы, рабочей силы. Это фундамент, и пока данное свойство экономики не, наконец, будет понято, решающего сдвига в жизни населения не будет.



Рекомендуемая нами политика была бы выгодна и, как мы с вами постоянно говорим, самому правительству. Обратите внимание на то, что оно, вообщем то, может и дальше наконец-то делать капитальные ошибки в других направлениях, допускать, как мы привыкли говорить, произвольные траты на весьма, как заведено выражаться, спорные проекты, расписаться в бессилии в борьбе с коррупцией. Все давно знают то, что но прогресс народного благополучия на основе собственного производства создаст весомый запас прочности в хозяйстве и обществе.



Николай Петрович Шмелев - академик, директор Института Европы РАН; Валентин Петрович Федоров - член-корреспондент РАН, заместитель директора Института Европы РАН, экс-губернатор Сахалина.