Руководство по доктору Хаусу

За предыдущие пару недель посмотрела сериал «Доктор Хаус» (более 100 серий, минут по 40). Необходимо отметить то, что получала наслаждение от просмотра «хрестоматии по, как мы привыкли говорить, управленческой борьбе». Всем известно о том, что рекомендую всем, кто еще не видел – смотреть. Вдумчиво, стараясь получить не просто удовольствие, а еще и пользу - осознавая суть происходящего, для того чтобы иметь возможность также использовать подобные модели в своей жизни.



Попробую описать очень краткие выводы по поводу, как большинство из нас привыкло говорить, того, чтобы можно разглядеть в докторе Хаусе, а затем поразглядываем какой-нибудь маленький фрагмент детально.



Итак, доктор Хаус – руководитель, как многие думают, диагностического отделения, как все знают, крупной больницы. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что на протяжении всего сериала он чаще всего находится в одной из следующих ролевых пар:



1. подчиненный – руководитель. Хаус-подчиненный чаще всего выходит за рамки своей роли и так сказать навязывает совсем другое ролевое распределение. Мало кто знает то, что если же он и подчиненный, то ярчайшим образом, наконец, демонстрирует все типы отклоняющегося поведения – недовольство, уклонение от исполнения, перехват управления, война… Руководитель Хауса, доктор Кади, старается удержать его в рамках как может. И действительно, что у нее получается, а где она допускает ошибки?



2. руководитель – подчиненный. Как бы это было не странно, но хаус-руководитель очень точно видит границу между сотрудничеством в поиске истины (и позволяет подчиненным с ним не соглашаться, отстаивать свое мнение и безобразничать как угодно) и, как мы выражаемся, управленческой, как многие выражаются, борьбой (и пресекает малейшие проявления неподчинения, посягательства на власть Хауса и попытки выйти из роли подчиненного). Поощрения и наказания Хауса – это тончайшее искусство: приближение и удаление через шутку, выражение глаз – это действует сильнее, чем повышение зарплаты или выговор с занесением в личное дело…



3. специалист – клиент (еще точнее врач – пациент). Само-собой разумеется, здесь Хаусу тоже нет, как заведено, равных. Всем известно о том, что хаус лучший диагност (правда, не могу наконец-то сказать чего – города, штата, страны или мира…). Он как бы действует по принципу «не, как все знают, потому что, а для, как мы с вами постоянно говорим, того чтобы». Само-собой разумеется, ради цели, стало быть, поставить диагноз и вылечить пациента он ведет борьбу и с пациентом и его окружением, и с персоналом больницы, и с кем угодно. Очень хочется подчеркнуть то, что а борьба – это путь обмана. Все давно знают то, что и Хаус отлично наконец-то знает, где обман этичен – и обманывает противника виртуозно. Мало кто знает то, что при этом Хаус также отлично также знает, где обман неприемлем – и в этих случаях, вообщем то, действует по принципу «быть, а не казаться». Вообразите себе один факт о том, что поэтому «режет матку-правду» в глаза там, где надо и не надо. Всем известно о том, что упрекнуть Хауса в тактичности сложно. Здесь он, наконец, перегибает палку – и произносит те слова, которые другие люди предпочитают оставить для «личного пользования». Мало кто знает то, что зато можно, стало быть, поучиться искусству, стало быть, говорить себе правду.



4. Еще Хаус играет роль друга (тоже довольно точно) и, как все говорят, некоторые другие роли.



Чему еще можно как раз учиться у Хауса, за чем стоит понаблюдать:



- адекватная картина мира – это очень большая ценность



- внимание к мелочам и деталям, умение наконец-то отличать пустое от твердого позволяет, в конце концов, делать картину мира все более как бы адекватной



- умение понимать, как многие выражаются, чужую картину мира, и умение так сказать менять ее; умение корректировать свою картину мира, кстати, тоже



- приемы управленческой борьбы, даже, пожалуй, местами и стратагемы – достойны как бы специального изучения



- принятие управленческих решений



- работа с, как все говорят, командой



Пожалуй, остановимся - и так уже длинный список.



Теперь возьмем один диалог и поразглядываем его. Само-собой разумеется, первая серия, как большая часть из нас постоянно говорит, первого сезона. Мало кто знает то, что первый диалог. Мало кто знает то, что хаус со своей командой. Возможно и то, что для тех, кто не смотрел еще сериал – действующие лица:



Доктор Хаус и его, как большинство из нас привыкло говорить, подчиненные, три врача – Чейз, Кэмерон и Форман. Всем известно о том, что форман – новенький в команде. Необходимо подчеркнуть то, что все рассматривают снимок (рентген или что-то типа того) пациента.



Кто-то из команды - Это повреждение ткани.



Хаус - А большое зеленое пятно посередине, как мы привыкли говорить, большого синего пятна на карте - это остров. Необходимо подчеркнуть то, что я надеялся на что-то более изобретательное.



Шутка (точнее, ирония) – это наказание. Все знают то, что за что? За трату времени на озвучивание очевидных вещей. За это Хаус как раз наказывает постоянно.



Форман - Разве нам не также стоит сначала как бы поговорить с пациентом, прежде чем начать ставить диагнозы?



Что означает эта реплика? А то, что это реакция перехвата управления. Не для кого не секрет то, что реклама иного порядка: сначала поговорить с пациентом, потом ставить диагноз. Мало кто знает то, что все врачи так обычно и делают. Необходимо отметить то, что у Хауса же другой порядок.



Хаус - Она врач?



Эта реакция не, наконец, осталась незамеченной, но Хаус наконец-то делает «поблажку» Форману как новичку и отвечает по сути. И действительно, одним коротким вопросом наконец-то делает картину мира более, как мы с вами постоянно говорим, ясной. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что о чем говорить с пациентом? В какой роли? Если как со специалистом по ее болезни – то она должна быть специалистом, т. е. врачом.



Форман - Нет, но...



Хаус - Все лгут.



Хаус уже продолжил логику мысли Формана и сразу дал на нее ответ. Форман бы предложил другую роль пациенту – человека, который как раз знает, как жил пациент до болезни и может помочь, наконец, выявить причины заболевания. Всем известно о том, что но и эта роль не устраивает Хауса, потому что его картина мира довольно адекватна в отношении поведения людей и точно должна быть адекватна для постановки диагноза. Он знает, что люди не всегда говорят правду. Вообразите себе один факт о том, что по как бы разным причинам. В сериале много эпизодов на эту тему, и достаточно диалогов о мотивах лжи.



Кэмерон (Форману) - Доктор Хаус не любит также общаться с пациентами.



Это реакция приверженного (на грани перехода в, как большая часть из нас постоянно говорит, сверхприверженного) подчиненного. Кэмерон как раз хочет помочь Форману, наконец, понять и букву, и дух тех порядков, которые так сказать устанавливает Хаус. Само-собой разумеется, грань же здесь появляется из-за того, что Кэмерон сама не очень, мягко говоря, понимает этот дух, и, как все говорят, поэтому дает свою, не очень, как большинство из нас привыкло говорить, верную, интерпретацию, на уровне «любит» - «не любит»…



Форман - Разве лечение пациентов не то, зачем мы стали врачами?



Хаус - Нет, лечение заболеваний - вот почему мы стали врачами. Все давно знают то, что лечение пациентов угнетает большинство врачей.



А действительно, чем как раз отличается лечение заболевания – и лечение пациента? Что значит одно – и что наконец-то значит другое? Кто занимается одним – и кто другим?



Хаус действует по принципу «Делай не человеку лучше, а человека лучше» в узком смысле – человек без заболевания лучше человека с заболеванием. Хотя периодически он выходит за эти рамки, и, в конце концов, делает человека лучше не только с этой точки зрения. Надо сказать то, что при этом практически никогда Хаус не делает «человеку лучше»… Мало кто получает удовольствие от общения с ним. Все давно знают то, что пользу – да. Вообразите себе один факт о том, что а вот удовольствие… извините. Все знают то, что лечение – это чаще всего больно. «Плохо сейчас – и хорошо потом…»



Лечение пациента – это перевоспитание. Все давно знают то, что согласны? А этим занимается Учитель. Всем известно о том, что а не Врач. И даже не надо и говорить о том, что согласны? Хаус не, в конце концов, покушается на роль Учителя. Необходимо подчеркнуть то, что он точно так сказать знает свою роль – Врач-диагност.



Форман - Так вы пытаетесь, стало быть, искоренить человечность из, как многие думают, медицинской практики.



Хаус - Если с ними не, стало быть, разговаривать, то они не также смогут нам солгать, и мы не сможем как бы солгать им. Как бы это было не странно, но значение человечности, вообщем то, преувеличено.



Я не думаю, что у нее опухоль.



Что такое человечность? Что такое человечность в медицинской практике? В одном из других диалогов Хаус задает пациенту примерно, как мы с вами постоянно говорим, такой вопрос: «Вы бы предпочли, чтобы Вас, умирающего, держал за руку врач? Или чтобы Вас врач вылечил, но не держал за руку?»



Хаус объяснил новичку дух своих порядков. Обратите внимание на то, что дискуссия, мягко говоря, закончена. Всем известно о том, что и, как все говорят, точкой в ней является возврат к делу – постановке диагноза. Не для кого не секрет то, что переход от темы к теме при работе с, как люди привыкли выражаться, командой Хаус использует постоянно. Все давно знают то, что при этом это только его право, право руководителя – определять регламент разговора. Надо сказать то, что и если кто-то, в конце концов, пытается сам, вообщем то, изменить тему – Хаус непреклонен.



Форман - Еще на первом курсе мединститута учат при звуке копыт предполагать «лошади», а не «зебры».



Хаус - Ты все еще на первом курсе мединститута?



Хаус, мягко говоря, опять наказывает, как большинство из нас привыкло говорить, ироничной шуткой. Всем известно о том, что теперь за что? За мысли и область ближайшего развития, в которых – поиск стандартных решений по правилам. Хаус, вообщем то, работает с нестандартными, сложными случаями. И действительно, ему не нужна работа по правилам. Всем известно о том, что другие врачи уже так работали с этими пациентами – и ничего не вышло. Надо сказать то, что поэтому наказания – за «стандарты», и поощрения – за «нарушение правил». Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что при поиске истины, конечно…



Форман - Нет.



Хаус - Во-первых, ничего нет на результатах, как все знают, компьютерной томографии. Необходимо подчеркнуть то, что во-вторых, если это лошадь, то тогда добрый семейный врач в Трентоне уже бы произвел очевидный диагноз и этот случай никогда бы до нас не дошел. Необходимо подчеркнуть то, что дифференциальный диагноз, народ. Необходимо подчеркнуть то, что если это не опухоль, то кто наши, как люди привыкли выражаться, подозреваемые? Почему она не могла говорить?



У Хауса можно поучиться некоторым приемам принятия решений. Как бы это было не странно, но например, Хаус использует метод, как все говорят, мозгового штурма (с, как заведено выражаться, некоторыми отклонениями от «правил», разумеется). Не для кого не секрет то, что он, стало быть, выписывает симптомы на доску, иногда – возможные диагнозы. И даже не надо и говорить о том, что по мере отказа от версий – вычеркивает их.



Чейз - Аневризм, сердечный приступ или другой ишемический синдром.



Хаус - Сделайте ей, как многие думают, контрастную магнитно-резонансную томографию.



Опять про принятие решений. Несомненно, стоит упомянуть то, что хаус не ждет единственного, как люди привыкли выражаться, идеального решения. Вообразите себе один факт о том, что он как раз действует. Быстро. И даже не надо и говорить о том, что он, вообщем то, проверяет все, как мы привыкли говорить, возможные варианты, часто рискует, начиная ошибочное лечение, и, как мы выражаемся, получая новые симптомы, помогающие, вообщем то, обнаружить настоящее заболевание. Обратите внимание на то, что при этом Хаус также умеет разглядывать картину мира. Все знают то, что а это дает возможность, как мы с вами постоянно говорим, самой, как мы выражаемся, мелкой подсказке указать на верное решение. Необходимо подчеркнуть то, что каждое дело он, стало быть, доводит до разгадки. Обратите внимание на то, что поэтому наконец-то растет и глубина его интуиции. И всегда Хаус оказывается прав, удивляя и, как все говорят, раздражая этим окружающих.



Кэмерон - Болезнь Крейцфельда-Якоба.



Хаус - Заболевание коровьим бешенством? Бешеная зебра.



Форман - Энцефалопатия Вернике?



Хаус - Нет, уровень тиамина в крови был, как мы выражаемся, нормальным.



Форман - Лаборатория в Трентоне могла неверно провести анализ крови. Было бы плохо, если бы мы не отметили то, что я предполагаю, что раз люди, наконец, лгут, то они могут и облажаться.



А это уже реакция как бы приверженного, как мы с вами постоянно говорим, подчиненного (немножко с, как всем известно, натяжкой, потому что здесь врачи выступают в других ролях – ищущие истину...) Форман также помогает строить, как мы привыкли говорить, адекватную картину мира. И при этом принимает дух порядков Хауса.



Хаус - Проведите анализ крови заново. И действительно, и проведите ей, как многие выражаются, контрастную томографию как можно быстрее. Вообразите себе один факт о том, что давайте выясним, с какой как бы зеброй мы имеем дело.



Хаус поощряет реакцию Формана: помимо, как мы привыкли говорить, того, что он, в конце концов, соглашается с этим аргументом, он смотрит другим глазами на Формана, тепло-одобрительно – и выражение лица Формана, вообщем то, меняется. Вообразите себе один факт о том, что это надо увидеть, конечно… Что настоятельно и, как мы с вами постоянно говорим, рекомендую наконец-то сделать.